Публикации

Ровно 80 лет назад – 27 января 1944 года – в Ленинграде был дан салют в ознаменование полного освобождения города от блокады. Так завершилась одна из самых страшных и трагических страниц Великой Отечественной войны – блокада Ленинграда, продолжавшаяся 872 дня. Гитлер мечтал полностью сравнять Ленинград с землёй, не оставив его жителям ни единого шанса на выживание. Были моменты, когда казалось, что так и будет…

«Сравняем Ленинград с землёй»

Согласно плану нападения нацистской Германии на СССР, получившем название «Барбаросса», немецкая армия должна была двигаться по трём основным направлениям: центральное – на Москву, южное – на Киев и северное – на Ленинград. Причём именно Ленинграду в этом плане отводилось главное направление удара. Гитлер заявлял, что в сравнении со значением Ленинграда Москва для него – «всего лишь географический объект». Доклад «О блокаде Ленинграда», подготовленный в ставке Гитлера, гласил: «…б) сначала мы блокируем Ленинград (герметически) и разрушаем город, если возможно, артиллерией и авиацией… г) остатки „гарнизона крепости“ останутся там на зиму. Весной мы проникнем в город… вывезем всё, что осталось живое, в глубь России или возьмём в плен, сравняем Ленинград с землёй и передадим район севернее Невы Финляндии».

А в беседе с немецким послом в Париже в сентябре 1941-го Гитлер заявлял: «Ядовитое гнездо Петербург, из которого в Балтийское море так долго ключом бьёт яд, должен исчезнуть с лица земли».

К тому времени Ленинград являлся одним из крупнейших промышленных центров России, дававшим около 12 % общесоюзной промышленной продукции. Причём 75 % приходилось на оборонный комплекс. В городе работали 130 научно-исследовательских институтов и конструкторских бюро. Также падение Ленинграда давало возможность захватить полный контроль над Балтийским морем, где базировался Балтийский военно-морской и торговый флот. Исходя из этого, захват Москвы предполагалось произвести только после захвата Ленинграда и Кронштадта.

Но не только мощный промышленный и научный потенциал города на Неве заставлял Гитлера бросать туда военные армады. Нет, тут был ещё и важный эсхатологический момент, характерный для мистического мышления фюрера: он хотел непременно уничтожить город, ставший колыбелью Октябрьской революции 1917 года, город. «Фюрер принял решение стереть город Ленинград с лица Земли. После поражения Советской России дальнейшее существование этого крупнейшего населённого пункта не представляет никакого интереса… Предполагается окружить город тесным кольцом и путём обстрела из артиллерии всех калибров и беспрерывной бомбёжки с воздуха сровнять его с землёй. В этой войне, ведущейся за право на существование, мы не заинтересованы в сохранении хотя бы части населения», – так говорилось в директиве начальника штаба военно-морских сил Германии. По планам гитлеровцев, жители города не имели права на жизнь и должны быть ликвидированы вместе с самим городом.

Положение катастрофическое

Понятно, что руководство Ленинграда знало о таких планах нацистов и готовилось к обороне. Уже 23 июня начались работы по возведению дополнительных оборонительных рубежей на псковском направлении в районе Луги. Всё гражданское население города и области было привлечено к трудовой повинности, включая женщин до 45 лет и подростков с 16 лет. Те, кто работали на предприятиях, были обязаны ещё три часа рыть траншеи.

Лужский оборонительный рубеж длиною в 175 километров помог задержать германские войска, но всего лишь на несколько недель. Гитлеровцам не удалось овладеть городом сходу, как планировалось. После этого они получили приказ не входить в город, чтобы избежать уличных боёв и сэкономить силы, а окружить его как можно более плотным кольцом. При этом также был получен приказ – пресекать с помощью оружия любые попытки населения выйти из города, чтобы сдаться. К гитлеровцам присоединились и финские войска. Тогдашний президент Финляндии говорил немецкому посланнику в Хельсинки: «Если Петербург не будет больше существовать как крупный город, то Нева была бы лучшей границей на Карельском перешейке… Ленинград надо ликвидировать как крупный город».

8 сентября войска группы «Север» захватили Шлиссельбург и блокировали Ленинград с суши. Началось самое страшное время в истории города – блокада.

Оборона города буквально висела на волоске. В своих воспоминаниях маршал Жуков писал, что Сталин на тот момент оценивал положение города как катастрофическое. Руководство города готовило к взрыву заводы, корабли Балтфлота должны были быть затоплены. Пытаясь остановить панику, Жуков действовал предельно жёстко: издал приказ о немедленном расстреле тех солдат и офицеров, которые решат самовольно отступать. В результате нашим войскам удалось закрепиться, хотя линия фронта проходила буквально по пригородам. Немецкие войска получили приказ разрушить город массированными артобстрелами и бомбёжками. Но даже не это было самое страшное. Ленинградцев ждало куда более трагическое испытание – голодом и холодом.

125 грамм хлеба в день

До войны в Ленинграде проживало порядка трёх миллионов человек. С началом военных действий к ним добавились ещё и беженцы из Прибалтики и окрестных деревень – порядка 300 тысяч. Поэтому уже в июле в городе были введены продовольственные карточки, чтобы упорядочить распределение продуктов. И всё же к длительной блокаде город был не готов. К тому же нацисты взорвали Бадаевские склады с продовольствием. Перед началом блокады из города удалось эвакуировать порядка миллиона человек. Однако оставалось ещё много жителей, которым надо было как-то выживать.

2 сентября была снижена норма продуктов по карточкам, а свободная продажа продовольствия запрещена. В октябре нехватка еды уже ощущалась весьма остро. В ноябре начался настоящий голод, а вместе с ним и массовые смерти от истощения. С 20 ноября рабочие и инженеры получали паёк – 250 грамм хлеба в сутки, служащие и иждивенцы – 125 грамм. В ход шли все подручные средства. Так, академик Дмитрий Сергеевич Лихачёв писал в своих воспоминаниях: «Ели столярный клей. Варили его, добавляли пахучих специй и делали студень. Дедушке (моему отцу) этот студень очень нравился. Столярный клей я достал в Институте — 8 плиток. Одну плитку я держал про запас: так мы её и не съели. Пока варили клей, запах был ужасающий. В клей клали сухие коренья и ели с уксусом и горчицей. Тогда можно было как-то проглотить». А главной мечтой ленинградцев было – дожить «до травы», то есть до весны, когда можно будет питаться тем, что даёт природа.

Именно месяц с 20 ноября по 25 декабря стал самым страшным. По воспоминаниям блокадников, выживали те, кто заставлял себя вставать, выходить из дома. Помогала и особая стратегия: те, кто съедал свой паёк сразу же, не выходя из магазина, вскоре умирали. А те, кто догадались делить его на несколько малюсеньких кусочков, получили шанс выжить.

Но голод и бомбёжки были не единственным испытанием для ленинградцев. Не менее страшным оказался лютый холод. В 1941 году зима началась практически в октябре, а все коммунальные системы прекратили работать. «Холод был какой-то внутренний. Он пронизывал всего насквозь. Тело вырабатывало слишком мало тепла. Холод был ужаснее голода. Он вызывал внутреннее раздражение. Как будто бы тебя щекотали изнутри. Щекотка охватывала все тело, заставляла ворочаться с боку на бок. Думалось только о еде», – писал Дмитрий Лихачёв.

А ведь жителям города приходилось ещё ходить за водой. По описаниям Лихачёва это тоже было серьёзным испытанием: «На детские саночки ставили детскую ванну. В ванну клали палки. Эти палки нужны были для того, чтобы вода не очень плескалась. Палки плавали в ванне и не давали воде ходить волнами. «Трасса», по которой ленинградцы ездили за водой, вся обледенела: расплескивавшаяся вода тотчас замерзала на тридцатиградусном морозе. Санки скатывались с середины дороги набок, и многие теряли всю воду. У всех были те же ванны и палки или ведра с палками: палки было изобретение тех лет! Но труднее всего было зачерпнуть воду и потом подняться от Невы на набережную. Люди карабкались на четвереньках, цеплялись за скользкий лед. Сил прорубить ступеньки ни у кого не было».

И всё же, по его словам, люди, как могли, старались не сдаваться: «Человеческий мозг умирал последним. Когда переставали действовать руки и ноги, пальцы не застегивали пуговицы, не было сил закрыть рот, кожа темнела и обтягивала зубы и на лице ясно проступал череп с обнажающимися, смеющимися зубами, мозг продолжал работать. Люди писали дневники, философские сочинения, научные работы, искренне, «от души» мыслили, проявляли необыкновенную твёрдость, не уступая давлению, не поддаваясь суете и тщеславию».

Дорога жизни

Улучшение ситуации со снабжением стало возможным благодаря Дороге жизни, проложенной по льду Ладожского озера. Наши войска смогли удержать плацдарм на берегу озера и тем самым оставить единственный путь для связи Ленинграда со страной. К устройству такого ледового пути подошли более чем основательно: проект разрабатывали специалисты из Ленинградского физико-технического института. К работе были привлечены и гляциологи: необходимо было не только выяснить, при каких условиях лёд выдержит большегрузные машины, но и избежать эффекта резонанса, при котором вторая машина могла внезапно уйти под лёд.

В результате была проложена дорога длиной 30 километров, которая первоначально проходила по линии мыс Осиновец – острова Зеленцы. Из-за слабости льда трассу в первый месяц обслуживания приходилось менять четыре раза. На дороге было предусмотрено двустороннее движение, трассу обслуживали 350 регулировщиков, а вдоль дороги была проложена линия связи на вмороженных в лёд столбах. Как только лёд достаточно укрепился, по Дороге жизни в Ленинград стали доставлять сначала 300 тонн грузов в сутки, а к концу декабря уже и 1000 тонн.

Именно благодаря Дороге жизни и тем, кто, рискуя попасть под обстрел или бомбёжку, провалиться в полынью, доставлял каждый день продовольствие в голодающий город, можно было существенно увеличить пайки. Уже в конце января 1942 года норма хлеба составляла для рабочих 400 грамм, для служащих – 300, в начале февраля – 500 и 400 грамм соответственно, в конце февраля – 600 и 500 грамм.

Но именно первая зима стала самой смертельной для жителей города. Если до войны в Ленинграде умирало в сутки в среднем порядка 3000 человек, то в декабре 1941-го в городе умерло почти 53 тысячи человек, в январе 1942-го – 101600 человек, в феврале – 107 тысяч. И только к лету смертность начала существенно снижаться. К довоенным показателям она вернулась в конце 1942 года. Всего же за время блокады в Ленинграде погибло, по данным Нюрнбергского процесса, 632 253 человека. 97 % из них умерло именно от голода. Кстати, Гитлер называл голод «лучшим союзником».

Ленинградская симфония Шостаковича

И ещё один поразительный факт мужества и стойкости ленинградцев. В городе в самые страшные дни продолжала существовать культурная жизнь: работали некоторые библиотеки, действовало радио, выходили газеты. А 9 августа 1942 года в осаждённом городе прозвучала Седьмая (Ленинградская) симфония Шостаковича, написанная им как гимн непокорённому Ленинграду. Он начал её писать летом 1941 года, совмещая работу над симфонией со строительством оборонных сооружений.

В сентябре, когда пришёл приказ об эвакуации, Шостаковича с семьёй отправили сначала в Москву, а потом в Куйбышев. 5 марта 1942 года на сцене Куйбышевского театра оперы и балета состоялась премьера симфонии – успех был грандиозным: казалось, гениальная музыка зримо передавала и неотвратимое шествие нацистских войск, и нашу волю к победе, и уверенность в ней.

Уже через несколько дней после премьеры партитура симфонии была отправлена в крупнейшие оркестры США и Великобритании – по их просьбе. Но главное исполнение, конечно, состоялось в Ленинграде, куда ноты были доставлены под огнём вражеских зениток.

Когда дирижёр Карл Элиасберг увидел, что для исполнения симфонии требуются сто музыкантов, он не поверил глазам – в его оркестре на тот момент оставалось всего 15 человек. По городскому радио объявили, что приглашаются все музыканты, кто ещё остался в городе. Измученные и измождённые люди потянулись в Радиокомитет. Ради симфонии с Ленинградского фронта отзывались те, кто мог играть на музыкальных инструментах. Так оркестр был всё-таки собран. А чтобы концерт не нарушали залпы немецких орудий, наши артиллеристы получили приказ – бить по немцам изо всех орудий, чтобы не дать им поднять головы. И действительно, во время исполнения Седьмой симфонии город не обстреливался. В тот миг из каждого громкоговорителя вместо тревожных сигналов звучала великая музыка, слушая которую ленинградцы поверили – город будет спасён.

18 января 1943 года блокадное кольцо впервые было прорвано – удалось установить узкий сухопутный коридор. А после успешной Ленинградско-Новгородской операции противник был отброшен на 280 километров от южных границ города – Ленинград был освобождён.

Светлана Сметанина

Русский мир