Публикации

В южнокорейской столице Сеуле 27–28 апреля 2017 года состоялась XI Региональная конференция российских соотечественников Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР). О том, с какими проблемами сталкиваются проживающие в Азии россияне и как их удается решать, рассказывает председатель Регионального координационного совета российских соотечественников (РКС) в АТР, член Русского клуба Сингапура Алексей Тарасов.

— Расскажите, пожалуйста, какие функции выполняет Региональный координационный совет, как строится его работа, в чем заключаются его задачи?

— Впервые выборы в региональные координационные советы (РКС) прошли в Непале в 2015 году. До этого существовал только Всемирный координационный совет и страновые координационные советы. Было решено, что не хватает связки между высшим органом и органами на местах. Примерно через год началась работа: были определены страны, которые будут представлены в РКС, затем в них прошли выборы конкретных людей, которые будут работать в РКС. В нашем регионе были выбраны три страны: Сингапур, Новая Зеландия и Япония. После того как были определены конкретные люди, мы в режиме онлайн посоветовались, провели заочное голосование и я был избран председателем.

Теперь по поводу работы. На самом деле работать непросто, потому что видимся мы раз в год на региональных конференциях, таких, как эта, в Сеуле. Все остальное время работа ведется дистанционно. Идея заключается в том, что каждый член РКС берет на себя какое-то направление или несколько направлений и координирует их по странам.

— Какие основные проблемы обсуждались на прошедшей в Сеуле конференции соотечественников?

— Один из вопросов — привлечение молодежи к движению соотечественников. Ситуация в разных странах различается. Есть страны, где иммиграция долгая, в несколько поколений. Есть такие страны, как Сингапур, где это в основном не очень длительные рабочие поездки — по несколько лет. Молодежь везде есть, и достаточно сложно ее привлечь и заинтересовать: молодые люди не понимают, зачем это нужно. И разные страны предлагают разные методы. Сегодня было озвучено хорошее предложение о проведении регионального фестиваля молодежи, например, на ежегодной основе, на который бы собирались молодые люди со всего Азиатско-Тихоокеанского региона. Его планируется организовать в Австралии на базе спортивного лагеря, где участники могли бы обсудить свои проблемы или даже просто познакомиться.

Объединение соотечественников всех возрастов — одна из главных наших задач. Одна из главных проблем, стоящих перед нами, — финансирование. В частности, это вопрос помещений. Во многих странах, таких как Япония, Сингапур, аренда помещений очень дорогая, и многие мероприятия попросту не проводятся из-за отсутствия средств на аренду. Есть люди, готовые работать, волонтеры, добровольцы, но для того, чтобы собрать деньги на аренду, нужно делать билеты, платный вход, что не всегда правильно принимается, поскольку многие мероприятия просто политически нельзя делать за деньги, на них должен быть свободный вход. Этот вопрос поднимается постоянно и, к сожалению, медленно решается. Происходит общение напрямую с представителями Россотрудничества, фонда «Русский мир». Как правило, решение принимается по каждому конкретному случаю. Раз и навсегда решить вопрос с арендой помещений, к сожалению, не получается.

— Существует ли проблема раздробленности среди страновых организаций соотечественников?

— Это разнится от страны к стране. То есть, как правило, в больших странах ситуация хуже, например, в Австралии. Знаю, что Новая Зеландия прошла через сильные трения. А вот, например, в Сингапуре таких проблем нет, потому что там всего одна такая организация. У нас есть Русский клуб, куда люди с удовольствием приходят, а вот вступить в него или активно заниматься подготовкой — таких желающих нет.

— В чем заключается главная задача РКС? Какова его высшая цель?

— Главная глобальная повестка дня — как сделать лучше жизнь соотечественников за рубежом. А если конкретнее, я считаю, что это две задачи: объединение соотечественников за рубежом, повышение роли таких объединений среди соотечественников и органов власти России. Второй вопрос — повышение роли организаций соотечественников у правительств тех стран, в которых они находятся. Это достаточно сложная задача, которая сильно зависит от конкретной страны. Например, в Новой Зеландии и Австралии, где проводится политика мультикультурализма, существует неплохое взаимодействие российской диаспоры с властями. Организации соотечественников признаны там на уровне правительств штатов, поддержку им оказывают мэрии городов, выделяют средства на проведение мероприятий. Там все хорошо.

А вот в других странах, таких как Япония, Сингапур, местные органы власти их особо не знают, хотя и там и там эти организации официально зарегистрированы. Они имеют статус, но органы власти особо не контактируют с общественными организациями соотечественников. Бывает и так, что даже российские представители приезжают в Сингапур, там что-то проходит, а мы узнаем об этом, когда все закончилось. Я считаю, что это неправильно. На одном из заседаний Всемирного координационного совета было принято решение о создании базы данных специалистов и экспертов среди соотечественников по всему миру. Смысл этой базы данных как раз в том, что, если в страну приезжает какая-то делегация по обмену опытом, они могут встретиться там с русскоговорящими экспертами. Работа без переводчика более эффективна и позволяет узнать такие тонкие моменты, которые официальные контакты обычно не допускают.

— Вы сказали, что некоторые правительства не горят желанием идти на контакт с организациями соотечественников. Как, по вашему мнению, можно изменить эту ситуацию?

— Четкого плана у нас пока нет, именно поэтому мы сейчас стремимся выяснить, как это происходит в других странах. С другой стороны, наверное, и российские посольства должны играть в этом процессе определенную роль, представлять организации российских соотечественников на различных мероприятиях, приглашать их для участия, когда это будет обоюдовыгодно.

— Понятно, что ситуация различается от страны к стране, но как в целом можно охарактеризовать нынешнее положение русских общин в АТР?

— В целом я бы назвал его удовлетворительным. Нет таких проблем, которые существуют в отдельных странах ближнего зарубежья, когда наших притесняют. Здесь довольно спокойно. Проблемы, конечно, существуют от страны к стране: где-то с визами, где-то с образованием. Вот, кстати, об образовании. Русские школы — это проблема в регионе. Обычно живущие за рубежом дети ходят в местные школы. Нужно ведь, чтобы образование было полным. Ежедневно ребенок посещает местную школу, изучает предметы. И чтобы не забыть родной язык, культуру, необходимо еще посещать русскую школу, которая заполняет этот пробел. Это ложится дополнительной нагрузкой и на детей, и на родителей. С организацией русских школ существует немало проблем, в частности это оплата за аренду помещения. Все эти школы не бесплатные, они работают на коммерческих началах, а иначе они не выживут, учителя же не будут работать бесплатно. Если они не получают поддержку со стороны, то цены там очень высокие, это довольно ощутимое бремя. Под российскими соотечественниками мы в целом понимаем тех, у кого есть русские корни. Однако, как правило, к русским практически везде присоединяются русскоговорящие. Мы не разделяем их. Если украинец пришел на наше мероприятие — мы только рады, и приходит много людей из стран СНГ, бывших республик СССР. Кроме бюджета, есть еще одна важная составляющая — люди. В странах, где есть активные объединения — а это определяется активностью их руководства, — они обычно и привлекают спонсоров, находят пути финансирования, и проводят больше мероприятий. Человеческий фактор играет очень большую роль.

— Есть ли страна в АТР, где нашим организациям соотечественников приходится тяжелее всего? И напротив, какую страну можно назвать в этом смысле образцово-показательной?

— Тяжелее всего, конечно, в одной из беднейших стран региона — это Непал. Средств мало, диаспора там тоже небольшая. Единственное, с чем им повезло, это с тем, что в стране есть российский Культурный центр. Иначе они бы просто не выжили, не смогли бы действовать. В остальных странах все более-менее одинаково. Есть своя специфика, в чем-то хуже, в чем-то лучше.

Фото: Станислав Варивода/ТАСС

ТАСС